Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Полезная информация на тему: "Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством", собранная из сети и предоставленная в удобном для чтения виде. По всем вопросам - обращайтесь к дежурному юристу.

Глава 13. Особенности осмотра вещественных доказательств

По уже рассмотренным и вполне объективным причинам следователь не всегда сразу доверяет общественным помощникам и практикантам так называемую живую работу, то есть содействие в производстве следственных действий с участием свидетелей, потерпевших, а тем более лиц, подлежащих привлечению к уголовной ответственности. Следователю нужно время для того, чтобы убедиться в добросовестности своего помощника . В то же время правоприменитель почти всегда уже в самом начале совместной работы может поручить молодежи выполнение такой работы, результаты которой можно будет перепроверить и при необходимости внести корректировки, после чего подписать протокол или постановление. Прежде всего речь идет о составлении проектов некоторых процессуальных документов : постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, о создании следственной группы, об изъятии и передаче уголовного дела (см. гл. 9). Как будет отмечено в гл. 14, поручить помощнику составить постановление о привлечении в качестве обвиняемого — это высшая степень доверия и признак признания следователем состоятельности начинающего юриста.

См. пункт 18 Положения об общественном помощнике следователя. Приложение 1.

Но есть еще одно объемное и важное не просто задание — целое направление в деятельности общественного помощника и практиканта. Речь идет о производстве осмотра предметов, изъятых в ходе расследования уголовного дела. Часто возникающее у молодежи первоначальное мнение о том, что произвести качественный осмотр предметов очень легко, увы, ошибочно. Оно быстро меняется, как только в руки попадает реальный предмет. Сразу возникает масса вопросов, например: «А как правильно назвать эту вещь — пуловер, кофта, толстовка или свитер?», «А как описать вот эту деталь куртки, рядом с замком, около воротника?» и т.п.

Ситуация осложняется еще и тем, что следователи, особенно начинающие, иногда и сами не знают ответов на эти вопросы. Потому-то в ходе расследования часто допускаются грубые, а часто и непоправимые ошибки, влекущие признание доказательств недопустимыми по различным формальным основаниям. Примеров тому в следственной практике любых регионов множество. Вот типичный: в ходе обыска изымаются предметы, обозначенные в протоколе как женские туфли. В протоколе осмотра предметов они же обозначаются как босоножки. Эксперт в описательной части заключения экспертизы при описании полученных на исследование предметов называет их же шлепанцами, а в суд направляются «сандалии». На судебном следствии у судьи или адвоката возникает логичный вопрос: а куда же пропали изъятые в ходе обыска женские туфли? Далее защитник заявляет, а суд удовлетворяет ходатайство о признании недопустимыми всех доказательств, связанных с «пропавшими или подмененными», как утверждает защита, женскими туфлями (протоколов обыска, осмотра, заключений экспертиз и др.). Вот так, в силу небольших, чисто технических на первый взгляд ошибок может разрушиться любое обвинение по любому уголовному делу.

Выше были приведены рекомендации по обнаружению, фиксации и изъятию следов различного происхождения. Настоящие краткие рекомендации мы посвятим осмотру предметов, изъятых в ходе расследования по уголовному делу. Проекты протоколов и соответствующих постановлений могут и должны составлять общественный помощник, практикант . При этом важно помнить о следующих важных нормативных требованиях и неписаных правилах.

Примеры этих и других документов можно скачать на сайте labatr.bsu.ru, ссылка на данное руководство, электронное приложение N 12.

Для продуктивной и безошибочной работы с предметами — будущими вещественными доказательствами не пренебрегайте рекомендациями, посвященными работе со следами различного происхождения (см. 7.2 — 7.7). Особое внимание следует уделить изучению заключений экспертов и специалистов по вещественным доказательствам (если соответствующие экспертизы производились). Если возникли вопросы, на которые не сможет ответить следователь, следует проконсультироваться с экспертами, при необходимости их допросить.

Объекты, необходимость в описании которых может возникнуть в следственной практике, весьма разнообразны. Зачастую их описание сопряжено с использованием специальных незнакомых терминов, от максимальной точности которых зависит очень многое. Все эти термины знать и безошибочно использовать просто невозможно. Конечно же, существуют специальные рекомендации по осмотру различных объектов — от швейных иголок до бронетранспортеров. Имеются также справочные пособия, содержащие сведения о наиболее типичных для следственной практики объектах, их узлах, деталях. Однако такие справочные пособия не всегда имеются в горрайотделах и следственных управлениях. Их довольно сложно найти и в книжных магазинах.

Поскольку в следственной работе чаще всего приходится сталкиваться с предметами одежды, обуви и орудиями преступления, мы, не останавливаясь на общих вопросах тактики следственного осмотра , постарались особое внимание уделить описанию именно этих объектов.

Вопросы тактики и методики производства осмотра как следственного действия довольно полно и доступно описаны в учебниках криминалистики и специальных криминалистических публикациях. См., например: Осмотр места происшествия: Практич. пособие / Под ред. А.И. Дворкина. М.: Юристъ, 2000. 336 с.

На сайте labatr.bsu.ru в электронном приложении N 13 к настоящему пособию приведены рисунки и описания, с некоторыми уточнениями заимствованные нами из справочного пособия под редакцией В.В. Филиппова — одной из лучших работ подобного типа . На рисунках изображены предметы, без осмотра которых не обходится, пожалуй, ни одно уголовное дело о преступлениях против личности: одежда практически всех типов (включая мелкие детали типа «кокетка», хлястик» и др.), белье, аксессуары, спецодежда, обувь, холодное оружие и т.д. Помимо наименования самих предметов, даны названия их составных частей.

Описание объектов криминалистического исследования: Справочное пособие / Под ред. В.В. Филиппова. М.: ЭКЦ МВД России, 1995. 288 с.

Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством

Опубликовано 24 Янв 2017. Автор: Михаил Пуртов

[1]

Автор данного ходатайства продолжает выполнять принятое по договору на оказание правовой помощи поручение на защиту охраняемых законом прав и интересов заместителя начальника ОУР Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, майора полиции Андрея Ходака.

Следственное управление СКР
по ХМАО – Югре
628007, г. Ханты-Мансийск,
ул. Мира, 120

Руководителю
следственного органа,
генерал-майору юстиции
А.Ф. Сынгаевскому
Ходатайство
«О признании протокола места происшествия недопустимым доказательством»

Уважаемый Аркадий Филиппович!

Автор данного ходатайства продолжает выполнять принятое по договору на оказание правовой помощи поручение на защиту охраняемых законом прав и интересов заместителя начальника ОУР Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, майора полиции Андрея Ходака.

Читайте так же:  Перевод на должность генерального директора дополнительное соглашение

Поводом и основанием для обращения доверителя в Коллегию адвокатов послужило решение следователя СО по г. Пыть-Ях СУ СКР по ХМАО – Югре, майора юстиции Дмитрия Шадрина возбудить 02.01.2017 уголовное дело в отношении него за якобы «допущенное» им квалифицированное превышение служебных должностных полномочий, а именно «нанесение» побоев и «применение» спецсредств к потерпевшему Сологубу А.Е.

Что же касается самого подзащитного, то он категорически и мотивированно отрицает какую-либо свою причастность к совершению инкриминируемого ему должностного преступления.

Полагая, что уголовное преследование производится следственным органом явно необоснованно и незаконно, защита направила аргументированную жалобу в адрес прокурора ХМАО – Югры Евгения Ботвинкина, мотивированное ходатайство следователю Дмитрию Шадрину, заявление на имя начальника Управления МВД России по ХМАО – Югре Василия Романицы, однако ни от одного из них ответа не получено (копии обращений прилагаются).
В связи с этим вынужден обратиться с аналогичным ходатайством во вверенное Вам для руководства ведомство.

Так, днём 28.12.2016 следователь СО по г. Пыть-Ях СУ СКР по ХМАО – Югре, майор юстиции Дмитрий Шадрин до возбуждения уголовного дела произвёл следственное действие в виде осмотра места происшествия, т.е. дежурной части Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, из которой были изъяты системный блок компьютера и рабочая документация этого подразделения органа внутренних дел.

Данное следственное действие следователь оформил протоколом, в котором указал только себя и начальника отделения тылового обеспечения указанного выше органа внутренних дел, майора полиции Шамиля Касимова, самолично присвоив ему звание «специалиста» (копия прилагается).

По реальной и состоятельной версии защиты, данный протокол проведённого следственного действия необходимо признать недопустимым доказательством, т.к. он получен с грубыми нарушениями законности, т.е. требований УПК РФ.

Так, фактически изъятие (выемка) системного блока компьютера с жёстким диском, на который и производилась видеозапись, произошло днём 28.12.2016 в присутствии прокурора г. Пыть-Ях Александра Ерёменко, руководителя СО по г. Пыть-Ях СУ СКР по ХМАО – Югре Романа Фролова, оперативного дежурного Дмитрия Калугина, начальника ОТО этого же органа внутренних дел Шамиля Касимова и начальника Отдела МВД России по г. Пыть-Ях Эдуарда Байдакова; однако в протоколе подписи этих участников отсутствуют, за исключением подписи начальника отделения тылового обеспечения.

Данное обстоятельство достоверно подтверждает в своём объяснении, полученном в порядке ст.ст. 53 и 86 УПК РФ, оперативный дежурный Дмитрий Калугин.

Это же обстоятельство подтверждено и в ответе из Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, начальник которого Эдуард Байдаков сообщает, что протокол следственного действия (ОМП или выемки) от 28.12.2016 не оформлял, поэтому у них и нет копии такого процессуального документа.

Однако, согласно требованиям ст. 166 УПК РФ, любое следственное действие должно оформляться письменным протоколом с обязательным указанием всех участников.

[2]

Более того, согласно требованиям ч.ч. 6 и 7 ст. 166 УПК РФ, протокол должен не только оформляться, но и предъявляться для ознакомления всем участникам следственного действия, о чём они должны сделать в этом документе свои подписи, чего не было выполнено.

Далее, поскольку при проведении днём 28.12.2016 состоявшегося следственного действия произведено изъятие (выемка) системного блока компьютера и рабочей документации дежурной части, постольку, согласно требованиям ч. 16 ст. 182 УПК РФ (а выемка производится по правилам этой нормы закона – ч. 2 ст. 183 УПК РФ), постольку следовало полностью воспроизвести все файлы и содержание письменных носителей информации, чего так же не было сделано.

Далее, поскольку при проведении днём 28.12.2016 состоявшегося следственного действия производилось изъятие (выемка) электронных носителей информации, постольку следовало привлечь к усчастию специалиста, но и в этом случае требования п. 9.1 ч. 2 ст. 182, п. 3.1 ч. 2 ст. 183 УПК РФ не были выполнены.

Участие Шамиля Касимова в изъятии системного блока компьютера неправомерно, т.к. он не обладает знаниями в области компьютерно-информационных технологий.

Кроме этого, согласно требованиям ч. 1 ст. 170, п. 9.1 ч. 2 ст. 182, ч. 1 ст. 183 УПК РФ, в проведении данного следственного действия должны были участвовать не менее двоих понятых, но и эти нормы закона не были выполнены.

Ссылка в протоколе на положения ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ как на «оправдание» отсутствия понятых явно несостоятельна, т.к. в этой статье сделано исключение для нормы ч. 3.1 ст. 183 УПК РФ, где участие понятых обязательно.

Далее, согласно требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, при осуществлении уголовного судопроизводства должна соблюдаться законность, а любое действие следователя должно быть мотивированным, обоснованным и законным.

Далее, согласно требованиям ч. 3 ст. 7 и ч. 1 ст. 75 УПК РФ, доказательства (ст. 74 УПК РФ), полученные с нарушением УПК РФ, должны признаваться недопустимыми, не имеющими никакой юридической силы, а их использование прямо запрещено ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

На основании изложенного выше, в соответствии со ст.ст. 53, 119-122 УПК РФ,

1. Вынести постановление (п. 25 ст. 5 УПК РФ), которым признать протоколы допросов потерпевшего Сологуба А.Е., свидетеля (потерпевшего) Чечулина А.В. необоснованными недостоверными доказательствами; системный блок компьютера с жёстким диском и рабочую документацию, изъятые днём 28.12.2016 из дежурной части Отдела МВД России по г. Пыть-Ях – недопустимыми доказательствами;

2. Сообщить о принятых решениях.
Приложение: 1. Копия жалобы прокурору; 2. Копия жалобы начальнику
УМВД России по ХМАО –
Югре.

Сам себе адвокат

защита прав в суде без адвоката

Протокол осмотра места происшествия

Протокол осмотра места происшествия

Осмотр места происшествия это наверно самое распространенное следственное действие, так как его всегда было можно проводить еще до возбуждения уголовного дела. Порядок и процедура проведения ОМП закреплены в ст. 176, 177 и 178 УПК РФ.

При осмотре следователь в первую очередь наблюдает, то есть сам видит какие-то предметы, обстановку. Однако, в ходе ОМП участвующие в нем лица могут сообщать следователю различные сведения, давать пояснения Например, при осмотре автомобиля обнаруживаются наркотики и водитель может давать пояснения относительно обнаруженных запрещенных к обороту предметов. Нередко, следователи подобного рода пояснения заносят в протокол ОМП в графе бланков «заявления (пояснения) лиц, участвовавших в осмотре места происшествия».

В последующем следователи ссылаются на такие пояснения как доказательство обвинения в обвинительном заключении. Возражения защитников о том, что протокол ОМП не может содержать показания подозреваемого (обвиняемого) следователями отвергается с ссылкой на ч.4 ст.166 УПК РФ, согласно которой в протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в каком они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства, а также излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии. Заявления подследственного, участвовавшего в осмотре, зафиксированы в присутствии понятых, удостоверены в протоколе их подписям. Сам подследственный поставил на указанном протоколе свою подпись, удостоверив правильность составления протокола, и каких-либо замечаний не делал.

Читайте так же:  Увольнение по совместительству запись в трудовой книжке

К сожалению, в УПК есть лишь общая норма, согласно которой в протоколе излагаются заявления лиц, участвовавших в следственном действии (ч. 4 ст. 166). При этом эта норма не раскрывает данное понятие, а также его содержание и порядок применения. Среди теоретиков также нет единства в этом вопросе. Одни полагают, что в протоколе ОМП не делаются какие-либо выводы, а только дается описание обстановки осмотренного места в целом и отдельных предметов в частности. Участники осмотра могут делать краткие заявления по поводу природы и принадлежности обнаруженных и осмотренных вещей, однако такие заявления не должны носить характер показаний, а могут быть только комментариями действий следователя. Другие ученые юристы считают, что в законе под заявлением следует понимать в смысле замечаний на протокол и ход следственного действия. Все замечания, которые были сделаны участниками следственного действия, должны быть оговорены следователем и закреплены подписями лиц, сделавших данные замечания.

Такая неопределенность в вопросе содержания права участников следственных действий делать заявления на практике приводит с спорам и требует законодательного разрешения

Если слово «заявление» толковать буквально, то под ним понимается официальное сообщение в устной или письменной форме. В Большом юридическом словаре данный термин трактуется как «официальное обращение гражданина или нескольких лиц в государственный орган или орган местного самоуправления, администрацию учреждения, организации или к должностному лицу, которое направлено на реализацию прав и интересов заявителя или на устранение тех или иных недостатков.

Из сказанного следует, что синонимами слова «заявление» являются «сообщение», «обращение», «просьба», направленные на реализацию прав и интересов заявителя. УПК также не отождествляет понятие заявления и показания , объяснения как равнозначные. Так в п. 2 и 6 ч. 4 ст. 46 УПК речь идет только об объяснениях и показаниях.

В соответствии со ст.190 УПК РФ в описательной части протокола допроса показания допрашиваемого записываются от первого лица и по возможности дословно. Вопросы и ответы записываются в той последовательности, которая имела место в ходе допроса. В протокол записываются все вопросы, в том числе и те, которые отвел следователь или на которые отказался отвечать допрашиваемый, с указанием мотивов отвода или отказа

В ходе допроса его участник помимо дачи показаний также вправе делать заявления, например, по поводу проведения фотографирования, аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки. Заявления могут быть сделаны перед началом, в ходе либо по окончании допроса (см., напр., бланк протокола допроса подозреваемого).

Изложенное позволяет заключить, что УПК не отождествляет показания и заявления. Заявление заключается в выражении участником своей позиции по тому или иному вопросу, возникающему в ходе производства следственного действия (например, применение технических средств, приглашение адвоката).

Из этого следует, что недопустимо, сводить заявления к объяснениям участвующих лиц. Если в ходе осмотра места происшествия обнаруживаются какие-либо предметы или документы, то пояснения лица по этому поводу следует считать его объяснениями или показаниями и оформлять их в порядке ч. 1 ст. 144 либо ст. 187, 188, 189 и 190 УПК. Это следует из аналогии правила, предусмотренного ч. 3 ст. 190 УПК: показания лица по поводу предъявленных ему вещественных доказательств и документов фиксируются в протоколе допроса.

Кроме того, по ч. 4 ст. 166 УПК заявления могут делать все лица, участвующие в следственном действии. Соответственно, содержание данного права должно быть единым для всех. Поэтому если толковать заявления в смысле показаний, то тогда следует признать, что все вправе давать свои пояснения.

Надо полагать, чо ч. 4 ст. 166 УПК РФ речь идет о заявлениях как об обращении участника следственного действия к компетентному должностному лицу с целью доведения до него свой позиции по тому или иному вопросу, связанному с проведением данного следственного действия. Такое заявление может быть сделано как в устной, так и письменной форме и подлежит обязательной фиксации в соответствующем протоколе.

Если же следователю необходимы какие-либо пояснения лица по обстоятельствам, обнаруженным в ходе проводимого следственного действия, то следует получить от него объяснения или провести его допрос.

Обвиняемым и их защитникам можно рекомендовать следующие правовые обоснования исключения ПОМ из числа допустимых доказательств в части зафиксированных в нем пояснений подследственных.

Таким образом, если в ходе осмотра места происшествия обнаруживаются какие-либо предметы или документы, то пояснения лица по этому поводу следует считать его объяснениями или показаниями и оформлять их в порядке части 1 статьи 144 либо статей 187, 188, 189 и 190 УПК РФ.

В части 4 статьи 166 УПК речь идет о заявлении как об обращении участника следственного действия к компетентному должностному лицу с целью доведения до него свой позиции по тому или иному вопросу, связанному с проведением данного следственного действия

Если лицо в ходе осмотра места происшествия сообщило какие-либо сведения в форме объяснений или показаний, а затем на допросе от них отказалось или изменило свою позицию, то приоритет имеют его показания на допросе.
О других нарушениях закона которые допускают следственные органы при проведении о оформлении ОМП читайте здесь.

Кассационное определение Нижегородского областного суда от 13.03.2009 по делу N 22-1140 Приговор по делу о нарушении авторских и смежных прав отменен и дело направлено на новое рассмотрение для оценки показаний свидетелей и для проверки правильности составления протокола осмотра места происшествия.

НИЖЕГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

от 13 марта 2009 г. N 22-1140

Судья Седова Л.С.

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего Мясниковой В.С.

судей Медведевой М.А., Кухованова Ю.Л.

рассмотрела в судебном заседании 13 марта 2009 года

кассационное представление государственного обвинителя Корпачева В.Н.,

кассационные жалобы представителя потерпевших Корпораций “Майкрософт“ и “Аутодеск“ Б.В.Г., представителя потерпевшего ЗАО “1С АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО“ Б.В.А.,

Читайте так же:  Отказ пенсионного фонда в перечислении материнского капитала

на приговор Сокольского районного суда Нижегородской области от 19 декабря 2008 года, которым

оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 146 ч. 3 п. “в“ УК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Мера пресечения — подписка о невыезде и надлежащем поведении отменена.

право на реабилитацию.

Видео (кликните для воспроизведения).

Заслушав доклад судьи Медведевой М.А., выслушав оправданного Ж., адвоката Щукина А.А., полагавших приговор оставить без изменения, представителей потерпевших Б.В.Г., Б.В.А., поддержавших свои жалобы в полном объеме, мнение прокурора Корпачева В.Н., полагавшего приговор отменить по доводам кассационного представления, судебная коллегия

органами предварительного следствия Ж. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п. “в“ ч. 3 ст. 146 УК РФ, то есть в незаконном использовании объектов авторского права и смежных прав, а равно приобретении, хранении, перевозке контрафактных экземпляров произведений и фонограмм в целях сбыта, совершенные в особо крупном размере.

Приговором Сокольского районного суда Нижегородской области от 19 декабря 2008 года Ж. оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 146 ч. 3 п. “в“ УК РФ в связи с отсутствием в деяниях подсудимого состава преступления.

Вину в судебном разбирательстве Ж. не признал.

В кассационном представлении государственный обвинитель Корпачев В.Н. просит приговор отменить как незаконный и необоснованный. Указывает, что согласно приговору в судебном заседании представленными доказательствами подтверждены лишь факты использования нелицензионных программ нарушения авторских прав и отсутствуют доказательства об умышленном незаконном использовании Ж. объектов авторских прав, а также какие нелицензионные программы и их количество были установлены на компьютерах Ж.Л.П., правообладатели авторских прав, какой именно ущерб причинен правообладателю и какими действиями подсудимого.

Ходатайства стороны защиты о признании доказательств

недопустимыми, судом разрешены с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства в рамках судебного следствия, руководствуясь при этом требованиями ст. 271 УПК РФ, регламентирующей подготовительную часть судебного заседания, лишив тем самым сторону государственного обвинения возможности инициировать рассмотрение вопроса о признании исключенного доказательства допустимым.

Постановления о признании доказательств недопустимыми, как и приговор, не содержат оценки доводов Н. об отсутствии заинтересованности в исходе дела. Показания сотрудника УБЭП ГУВД области Т., понятых Г.М.Б., К.Е.Л., присутствующих при осмотре, сотрудника ИП Ж.Л.П. — С.И.Л. и подсудимого Ж. об обстоятельствах производства осмотра места происшествия во внимание не приняты.

Автор представления указывает, что суд не дал надлежащей оценки акту уничтожения нелицензионных программ с жестких дисков, находящихся на 18 системных блоках. Данный акт содержит указание на наличие включаемых в объем обвинения программных продуктов Microsoft Office 2003 PRO (Russian), Microsoft Windows XP Home Edition, Microsoft Windows XP Pro Russian, AutoCad 2004, ArchiCAD 9, 1С: “Предприятие сетевая версия. Упрощенная система налогообложения“, обстоятельствам проведения осмотра места происшествия, показаниям подсудимого Ж. в части использования программных продуктов корпорации “Аутодеск“ и его поведения во время проведения осмотра места происшествия.

Требование суда о необходимости приобщения следователем к материалам документов, подтверждающих статус эксперта и его права на производство экспертной деятельности, не основаны на законе.

По мнению государственного обвинителя в ходе судебного следствия было

достаточно доказано, что Ж. использовались программные продукты корпорации “AutoDesk“, а именно: нелицензионные программы AutoCad 2004, ArchiCAD 9, стоимость которых установлена, однако в приговоре данные обстоятельства своего отражения не нашли, что свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела и привело к неправильному применению уголовного закона. Просит также отменить постановления суда от 18.12.2008 г. о признании недопустимыми доказательствами протокола осмотра места происшествия и заключения эксперта и исключении их из числа доказательств.

В кассационной жалобе представитель потерпевших Б.В.Г. просит приговор суда отменить, указывая на то, что суд необоснованно признал недопустимыми доказательствами протокол осмотра места происшествия от 12.09.2006 года и заключение эксперта от 18.12.2006 года. При этом полагает, что протокол осмотра места происшествия произведен в полном соответствии со ст. 166, 176, 177 УПК РФ, а именно: с участием понятых Г.М.Б. и К.Е.Л., в присутствии представителя ИП Ж.Л.П. — Ж. по доверенности, изъятые системные блоки были предъявлены понятым и участникам осмотра, опечатаны и заверены подписями. Заключение эксперта, по мнению адвоката, соответствует требованиям главы 27 УПК РФ. Привлеченный эксперт Ш. обладал необходимыми познаниями, что подтверждено имеющимися у него свидетельствами. Ж. и его защитник были ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы и с заключением эксперта. При этом каких-либо ходатайств у них не имелось.

Кроме того, автором жалобы указано

на то, что суд не дал юридической оценки ряду доказательств, подтверждающих умысел Ж. на совершение преступления, в частности показаниям свидетелей Т. и Н.

В кассационной жалобе представитель потерпевшего ЗАО “1С АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО“ Б.В.А. просит приговор отменить как незаконный и необоснованный. Полагает, что вина Ж. полностью доказана совокупностью доказательств, в том числе и протоколом осмотра места происшествия, который по его мнению соответствует требованиям УПК РФ и является допустимым доказательством. В обоснование своей позиции адвокат анализирует показания свидетелей Б.В.П., Ш.А.М., Ш.А.А., которые показали, что при приобретении компьютерной техники Ж. было предложено приобрести лицензионную продукцию, но он отказался. Кроме того, Б.В.А. считает необоснованным вывод суда о недоказанности размера ущерба, поскольку к материалам дела были приобщены справки о стоимости лицензионных программ, которые и должны были учитываться судом при определении размера ущерба.

В возражениях на кассационное представление Ж. просит приговор суда оставить без изменения. Полагает, что судом в полном объеме соблюдены требования закона при признании недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия. Также считает обоснованным вывод суда об отсутствии возможности определить дальнейшую судьбу изъятых с места происшествия персональных компьютеров, поскольку в протоколе осмотра места происшествия отсутствует указание на то, куда направлены данные компьютеры. Также Ж. полагает, что суд законно исключил из числа доказательств заключение эксперта от 18.12.2006 года,

поскольку эксперт Ш. не обладает специальными познаниями, что он подтвердил в судебном заседании.

Проверив материалы дела с учетом доводов кассационного представления и кассационных жалоб, выслушав стороны в судебном заседании, судебная коллегия находит приговор суда первой инстанции подлежащим отмене ввиду существенного нарушения норм уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 1 ст. 381 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом кассационной инстанции являются такие нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

Читайте так же:  Работник обязан возместить работодателю причиненный ему ущерб

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, счел, что вина Ж. в незаконном использовании объектов авторского права и смежных прав, а равно приобретении, хранении, перевозке контрафактных экземпляров произведений и фонограмм в целях сбыта, совершенные в особо крупном размере, ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия не установлена.

При этом, в приговоре приведены показания допрошенных по делу лиц, анализируя которые, суд первой инстанции пришел к другому выводу, что доказательствами, на которые ссылается обвинение, установлен лишь факт проведения проверки финансово-хозяйственной деятельности ИП Ж.Л.П., в ходе которой был обнаружен факт использования нелицензионных программ и нарушения авторских прав.

Протокол осмотра места происшествия, в ходе которого в офисном здании ИП Ж.Л.П. были обнаружены

двадцать персональных компьютеров, на системных блоках которых установлены программы для ЭВМ, имеющие признаки контрафактности (т. 1 л.д. 15 — 42) признан судом недопустимым доказательством и исключен из перечня доказательств.

На основании признания недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от 12.09.2006 г., признаны недопустимыми и протокол осмотра системных блоков и заключение судебно-криминалистической экспертизы (т. 1 л.д. 176 — 250, т. 2 л.д. 1 — 62) и соответственно сделан вывод о невозможности установления суммы ущерба, причиненного правообладателям.

Признавая протокол осмотра места происшествия от 12.09.2006 г. (т. 1 л.д. 15 — 42) недопустимым доказательством суд указал, что протокол не отвечает требованиям, указанным в ст. 166, 167, 180 УПК РФ, а именно: в протоколе не описаны все действия следователя при производстве осмотра места происшествия, не описано все обнаруженное при осмотре в той последовательности, в какой производился осмотр и в том виде, в каком обнаруженное наблюдалось на момент осмотра, в протоколе не перечислены и не описаны индивидуальные характеристики всех предметов, изъятых при осмотре места происшествия, куда направлены после осмотра предметы, имеющие значение для дела, что лишает возможности определить дальнейшую судьбу изъятых при осмотре персональных компьютеров в рамках проводимых с ними действий, а также указано, что в качестве специалиста при проведении осмотра был привлечен Н., который является сотрудником

ГУВД Нижегородской области, входил в состав группы, которой было поручено проведение проверки и, по мнению суда, был заинтересован в результатах проверки по долгу своей службы, в протоколе отсутствует его подпись в графе о разъяснении прав и обязанностей, как специалисту и в приложениях к протоколу осмотра места происшествия, что ставит под сомнение достоверность результатов следственного действия.

Вместе с тем, судом не приняты во внимание показания Н. в судебном заседании, которого суд допросил в качестве свидетеля, а не специалиста, о том, что он в ходе осмотра места происшествия участвовал как оперуполномоченный в составе группы, проводившей проверку деятельности ИП Ж.Л.П. по постановлению (т. 4 л.д. 60 — 61) и показания свидетеля Т. о том, что Н. входил в состав оперативной группы при осмотре офисных помещений ИП Ж.Л.П. (т. 4 л.д. 47 — 51).

Отсутствие подписи Н. в протоколе осмотра места происшествия подтверждает лишь то, что Н. участвовал в осмотре не как специалист, а как оперуполномоченный в составе группы.

В соответствии со ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности — достаточности для разрешения уголовного дела.

Суд вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству сторон или по собственной инициативе в порядке, установленном статьями 234 и 235 УПК

Признавая протокол осмотра места происшествия недопустимым доказательством, суд посчитал его составленным с грубыми нарушениями норм уголовно-процессуального законодательства, однако обоснование данного вывода в постановлении и приговоре не привел.

Указанные судом мотивы недопустимости протокола осмотра места происшествия являются недостаточными, а сам вывод является преждевременным, поскольку сделан без учета всей совокупности доказательств по делу.

Так, судом не дана оценка показаниям свидетеля С.И.Л. о том, что Ж. является директором ИП Ж.Л.П., где она работает в качестве бухгалтера (т. 4 л.д. 37 — 38), показаниям свидетеля Г.М.Б. об обстоятельствах проведения осмотра и о том, что Ж. при осмотре пояснял, что знал, что установлены нелицензионные программы и они установлены родственником, который работал у него администратором (т. 4 л.д. 125 — 127), показаниям свидетеля К.Е.Л., давшей аналогичные показания показаниям свидетеля Г.М.Б. (т. 4 л.д. 127 — 129); показаниям свидетеля Р.А.С. о том, что он устанавливал программы на компьютеры по просьбе Ж. (т. 4 л.д. 39).

Таким образом, суд, ограничившись признанием доказательств недопустимыми, сделал вывод об отсутствии в действиях Ж. состава преступления.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не может признать приговор Сокольского районного суда Нижегородской области в отношении Ж. законным и обоснованным, а поэтому считает необходимым его отменить, а дело направить на новое судебное разбирательство, в ходе которого следует учесть изложенное, тщательно

проанализировать материалы дела, позицию стороны обвинения и защиты, с учетом представленных доказательств вынести правосудное решение.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 377, 378, 381, 388 УПК РФ, судебная коллегия

кассационное представление и кассационные жалобы представителей потерпевших удовлетворить.

Приговор Сокольского районного суда Нижегородской области от 19 декабря 2008 года, которым Ж. оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 146 ч. 3 п. “в“ УК РФ отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в Городецкий городской суд Нижегородской области.

Ходатайство об исключении недопустимых доказательств

29 октября 2007 г. мною закончено ознакомление с материалами уголовного дела, возбужденного 19 января 2007 года по факту обнаружения на территории Стромиловского дачного массива трупа мужчины.

По данному уголовному делу в качестве привлечены Рытов Петр Викторович и Жихарев Сергей Викторович.

В ходе расследования были допущены многочисленные нарушения уголовно-процессуального закона, в связи с чем ряд доказательств следует признать недопустимыми и исключить из предстоящего судебного разбирательства уголовного дела:

1.Протокол осмотра места происшествия от 19.01.2007, произведенного с нарушением требований ст. 176, 177 и 178 УПК РФ.

Под видом осмотра места происшествия фактически производилось другое следственное действие- осмотр трупа, который уже был изъят из окружавшей его на месте происшествия обстановки. Осмотр произведен, следователем Бирюковым А.В. в танатологическом отделении ОБСМЭ Самарской области, которое местом происшествия не является.

Читайте так же:  Требования к косметологическому кабинету для лицензирования

Постановление о возбуждении уголовного дела было вынесено следователем Никифоровым С.В. после производства этого следственного действия.

2. Протокол осмотра места происшествия от 23 января 2007 г. , под видом которого следователем был осмотрен автомобиль ВАЗ 21014, не являющийся местом происшествия. Указанный а/м, по версии следствия, использовался для транспортировки обвиняемыми потерпевшего к месту происшествия, на этом а/м они уехали с места происшествия.

Под видом осмотра фактически был произведен обыск (ст. 182 УПК), поскольку следователь Никифоров С.В. производил не только визуальный осмотр автомобиля, но и активные поисковые действия – открывал двери автомобиля, «бардачок», дверь багажника, проверял содержимое карманов на задней поверхности чехлов на сиденьях, есть все основания относить это следственное действие к обыску.

В графе «с места происшествия изъяты» указано: «В заднем кармане переднего пассажирского сидения обнаружен фрагмент ткани темно-синего цвета размерами Х cм.». В этом же протоколе не указаны индивидуальные признаки и особенности изъятых из а/м канистр зеленого и красного цветов, что противоречит установленному в ч. 3 ст. 177 УПК РФ правилу. В протоколе не указано, что изъятые предметы упакованы и опечатаны, какой печатью и чьими подписями, куда направлены после производства следственного действия, т.е. были нарушены требования ч.2 и 3 ст. 180 УПК РФ.

В силу изложенного недопустимыми являются также вещественные доказательства

фрагмент ткани темно-синего цвета;

— три канистры: две – зеленого и одна– красного цвета.

3. Протокол проверки показаний на месте от 28 января 2007 г. С приложенной к нему фототаблицей,

протокол осмотра места происшествия от 28 января 2007 г.,

изъятый «с места происшествия» гвоздодер-монтировка. В этих следственных действиях в качестве понятого участвовал гражданин Елизаров Виктор Николаевич, допрошенный ранее -19 января 2007 г. в качестве свидетеля, что является нарушением п. 2 ч. 2 ст. 60 УПК РФ.

Кроме того, в вышеуказанном протоколе осмотра места происшествия отсутствует время начала и окончания осмотра.

4. В связи с нарушением ч. 3 ст. 195 УПК РФ недопустимыми должны быть признаны все произведенные по данному делу судебные экспертизы, так как ни обвиняемый, ни его защитник были ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз лишь 25 сентября 2007 года — по окончании предварительного расследования, то есть после проведения этих экспертиз.

Это нарушение лишило обвиняемого Рытова и его защитника возможности реализовать права, предусмотренные ст. 198 УПК РФ.

5.Из перечня доказательств должны быть исключены также справки о результатах опроса свидетелей Панфилова и Тимаса с применением полиграфа, тем более, что в самих справках указано, что «результаты опроса не могут использоваться в качестве доказательств и носят вероятностный характер». Эти справки получены из источников, не предусмотренных уголовно – процессуальным законодательством, не являются доказательствами, вторгаются в исключительные полномочия суда по оценке доказательств, однако их наличие в деле способно оказать на суд определенное воздействие, с целью которого они и были приобщены к делу, нарушив тем самым права обвиняемых на справедливое, беспристрастное судебное разбирательство.

6. Протокол предъявления для опознания вещественного доказательства Тимасу от 3 июля 2007 г. является недопустимым доказательством, так как в нем на протяжении всего документа отсутствуют подписи одного понятого.

7. Протокол предъявления для опознания вещественного доказательства Панфилову от 28 июня 2007 г. ,ибо он в точности («слово в слово») повторяет содержание протокола предъявления для опознания того же вещественного доказательства Тимасу от 3 июля 2007 г., включая грамматические и пунктуационные ошибки: «я опознаю монтировку по номером», «на отмах», «как мне показалось с силой». Дословное совпадение объяснений двух лиц невозможно.

В указанных протоколах отсутствуют показания опознающих, по каким признакам они опознают предъявленный предмет. В обоих протоколах содержится фраза: «Я опознал данную монтировку по ее внешнему виду, размеру, цвету», что является нарушением ч. 7 ст. 193 УПК РФ. Между тем, этот предмет является не монтировкой, а гвоздодером и имеет характерное механическое повреждение, на которое не указали свидетели. В обоих протоколах в качестве понятого значится Мурзин Антон Викторович.

Оценивая эти протоколы предъявления для опознания, необходимо учесть также, что сам объект опознания получен незаконным путем (п.5 настоящего ходатайства).

[3]

Адвокат Симонов А.М.

Задание: Проанализируйте ходатайство с точки зрения защитника, прокурора или судьи, обоснуйте его дополнительно или сформулируйте возражение или решение по каждому пункту. Обратите внимание на то, о каких условиях допустимости каждого из доказательств идет речь.

1.Кореневский, Ю.В., Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. Методическое пособие./Ю.В.Кореневский, М.Е.Токарева.-М.:Юрлитинформ, 2000.

2.Морщакова, Т.Г.Оценка качества судебного разбирательства (по уголовным делам). /Т.Г.Морщакова, И.Л.Петрухин.- М., 1987.

3.Назаров, А.Д. Влияние следственных ошибок на ошибки суда./А.Д.Назаров.-СПб.,2003

4.Некрасов, С.В.Юридическая сила доказательств в уголовном судопроизводстве. Научно-практическое пособие../С.В.Некрасов -М.,2004.

5.Ляхов, Ю.А.Допустимость доказательств в российском уголовном процессе./ Ю.А.Ляхов.-М.:Экспертное бюро,1999.

6.Белоусов,А.В. Процессуальное закрепление доказательств при расследовании преступлений./А.В.Белоусов – М.: Юрлитинформ, 2001.

7.Лазарева, В.А. Адвокат в уголовном процессе. Учебное пособие /В.А.Лазарева,А.С.Таран,С.В.Юношев.-Самара: Самарский университет,2008.

Видео (кликните для воспроизведения).

Круглый стол: Допустимость доказательств, представленных стороной защиты (45 минут).

Источники


  1. Золотов, Ю. А. История и методология аналитической химии / Ю.А. Золотов, В.И. Вершинин. — М.: Academia, 2015. — 464 c.

  2. Филиппова Е. С. Жилищное право России; Юркомпани — Москва, 2009. — 328 c.

  3. Научно-практический комментарий к Федеральному закону «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц». — М.: Проспект, 2013. — 156 c.
  4. Микешина, Людмила Диалог когнитивных практик. Из истории эпистемологии и философии науки / Людмила Микешина. — М.: Российская политическая энциклопедия, 2010. — 576 c.
  5. Малько, Александр Васильевич Теория государства и права в вопросах и ответах. Учебно-методическое пособие / Малько Александр Васильевич. — М.: Дело, 2016. — 445 c.
Признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here