Ходатайство адвоката о признании доказательства недопустимым

Полезная информация на тему: "Ходатайство адвоката о признании доказательства недопустимым", собранная из сети и предоставленная в удобном для чтения виде. По всем вопросам - обращайтесь к дежурному юристу.

Ходатайство адвоката о признании доказательства недопустимым

Опубликовано 13 Янв 2017. Автор: Михаил Пуртов

Ходак А.В., будучи допрошенным в статусе как подозреваемого, так и обвиняемого, свою причастность к совершению инкриминируемого ему должностного преступления категорически и полностью отрицает, ссылаясь на то, что никакого физического насилия к административно задержанным Сологубу А.Е. и Чечулину А.В., а равно и к другим правонарушителям не производил, как не применял к ним и специальных средств в виде металлических наручников.

Следственный отдел по г. Пыть-Ях
628383, ХМАО – Югра,
г. Пыть-Ях, 3 мкрн. Кедровый, д. 75

Старшему следователю
следственного органа, майору юстиции
Д.В. Шадрину

Ходатайство
«О признании трёх доказательств по уголовному делу недопустимыми»

Уважаемый Дмитрий Владимирович!

В Вашем производстве находится уголовное дело по обвинению Ходака А.В. в совершении должностного преступления, предусмотренного в п.п. «а» и «б» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

Ходак А.В., будучи допрошенным в статусе как подозреваемого, так и обвиняемого, свою причастность к совершению инкриминируемого ему должностного преступления категорически и полностью отрицает, ссылаясь на то, что никакого физического насилия к административно задержанным Сологубу А.Е. и Чечулину А.В., а равно и к другим правонарушителям не производил, как не применял к ним и специальных средств в виде металлических наручников.

Далее, поскольку все административно задержанные днём 22.12.2016 вахтовые работники ООО «ПЯУТС» находились в состоянии сильного алкогольного опьянения, вели себя буйно, дерзко и агрессивно, оскорбляли сотрудников полиции, отказывались выполнять их законные требования, постольку применение к ним физической силы и спецсредств в виде металлических наручников следует оценить обоснованным и правомерным; т.к. это было законным пресечением злостного неповиновения, за что и установлена строгая административная ответственность по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Далее, само по себе доставление и содержание в ДЧ Отдела МВД России по г. Пыть-Ях вахтовых работников ООО «ПЯУТС» было вполне обоснованным и законным, т.к. днём 22.12.2016 в рабочее время, в помещении производственного объекта они устроили беспричинную коллективную пьянку, в ходе которой возникла острая конфликтная ситуация, переросшая во взаимную драку с причинением побоев.

Таким образом, в умышленных действиях всех участников коллективной пьянки усматриваются явные и очевидные признаки как мелкого хулиганства (ст. 20.1 КоАП РФ), так и уголовно наказуемого деяния, предусмотренного в ст. 116 УК РФ.

Однако, вне зависимости от юридической оценки факта применённого к административно задержанным физического насилия и спецсредств в виде металлических наручников, подзащитный Андрей Ходак к этому совершенно непричастен, а потому и возбуждение в отношении него уголовного дела и уголовного преследования следует признать незаконным и противоречащим требованиям ч. 4 ст. 7, ч. 2 ст. 140, ч. 1 ст. 146, ч. 1 ст. 171 УПК РФ.

Далее, ссылка следственного органа на показания «потерпевшего» Сологуба А.Е. как на «доказательство» причастности Андрея Ходака к инкриминируему ему преступлению явно несостоятельна, т.к. днём 22.12.2016 первый находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, а потому, по причине амнезии, ничего не помнит.

Следовательно, данное, хотя и относимое, доказательство следует признать недостоверным, а потому не имеющим никакой юридической силы.

Далее, показания свидетеля Чечулина А.В. в части его произвольного указания на Андрея Ходака как на лицо, якобы «совершившее» преступление, так же следует признать недостоверным, т.к. никакого опознания по правилам ст. 193 УПК РФ вообще не производилось.

Далее, что же касается имеющейся в уголовном деле видеозаписи, то данное относимое доказательство необходимо однозначно признать недопустимым, с учётом совокупности реальных и состоятельных доводов (аргументов).

Так, фактически изъятие (выемка) системного блока компьютера с жёстким диском, на который и производилась видеозапись, произошло днём 28.12.2016 в присутствии прокурора г. Пыть-Ях Александра Ерёменко, руководителя СО по г. Пыть-Ях СУ СКР по ХМАО – Югре Романа Фролова, оперативного дежурного Дмитрия Калугина, начальника ОТО этого же органа внутренних дел Шамиля Касимова и начальника Отдела МВД России по г. Пыть-Ях Эдуарда Байдакова, однако, без оформления (документирования) данного следственного действия соответствующим протоколом и без ведения фотографирования.

Данное обстоятельство достоверно подтверждает в своём объяснении, полученном в порядке ст.ст. 53 и 86 УПК РФ, оперативный дежурный Дмитрий Калугин (копия прилагается).

Это же обстоятельство подтверждено и в ответе из Отдела МВД России по г. Пыть-Ях, начальник которого Эдуард Байдаков сообщает, что протокол следственного действия (ОМП или выемки) от 28.12.2016 не оформлял, поэтому у них и нет копии такого процессуального документа (копия ответа прилагается).

Однако, согласно требованиям ст. 166 УПК РФ, любое следственное действие должно оформляться письменным протоколом.

Более того, согласно требованиям ч.ч. 6 и 7 ст. 166 УПК РФ, протокол должен не только оформляться, но и предъявляться для ознакомления всем участникам следственного действия, о чём они должны сделать в этом документе свои подписи, чего не было выполнено.

Далее, поскольку при проведении днём 28.12.2016 состоявшегося следственного действия произведено изъятие (выемка) системного блока компьютера и рабочей документации дежурной части, постольку, согласно требованиям ч. 16 ст. 182 УПК РФ (а выемка производится по правилам этой нормы закона – ч. 2 ст. 183 УПК РФ), постольку следовало полностью воспроизвести все файлы и содержание письменных носителей информации, чего так же не было сделано.

Далее, поскольку при проведении днём 28.12.2016 состоявшегося следственного действия производилось изъятие (выемка) электронных носителей информации, постольку следовало привлечь к усчастию специалиста, но и в этом случае требования п. 9.1 ч. 2 ст. 182, п. 3.1 ч. 2 ст. 183 УПК РФ не были выполнены.

Кроме этого, согласно требованиям ч. 1 ст. 170, п. 9.1 ч. 2 ст. 182, ч. 1 ст. 183 УПК РФ, в проведении данного следственного действия должны были участвовать не менее двоих понятых, но и эти нормы закона не были выполнены.

Читайте так же:  Сколько нужно официально отработать чтобы получить ипотеку

Далее, согласно требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, при осуществлении уголовного судопроизводства должна соблюдаться законность, а любое действие следователя должно быть мотивированным, обоснованным и законным.

Далее, согласно требованиям ч. 3 ст. 7 и ч. 1 ст. 75 УПК РФ, доказательства (ст. 74 УПК РФ), полученные с нарушением УПК РФ, должны признаваться недопустимыми, не имеющими никакой юридической силы, а их использование прямо запрещено ч. 2 ст. 50 Конституции РФ.

На основании изложенного выше, в соответствии со ст.ст. 53, 119-122 УПК РФ,

1. Вынести постановление (п. 25 ст. 5 УПК РФ), которым признать протоколы допросов потерпевшего Сологуба А.Е., свидетеля (потерпевшего) Чечулина А.В. необоснованными недостоверными доказательствами; системный блок компьютера с жёстким диском и рабочую документацию, изъятые днём 28.12.2016 из дежурной части Отдела МВД России по г. Пыть-Ях – недопустимыми доказательствами;

2. Сообщить о принятых решениях.
Приложение: 1. Копия объяснения Д. Калугина;
2. Копия ответа из Отдела МВД
России по г. Пыть-Ях.
С уважением, адвокат: (М.Ф. Пуртов)

В течение какого времени суд обязан разрешить ходатайство адвоката о признании доказательства по уголовному делу недопустимым?

На основании п. 8 ч. 1 ст. 53 УПК РФ защитник вправе заявлять ходатайства.

Согласно ч. 1 ст. 120 УПК РФ ходатайство может быть заявлено в любой момент производства по уголовному делу. Письменное ходатайство приобщается к уголовному делу, устное — заносится в протокол следственного действия или судебного заседания.

В соответствии с ч. 1 ст. 271 УПК РФ сторона вправе заявить ходатайство, в том числе, об исключении доказательств, полученных с нарушением требований УПК РФ.

Зачастую суды оставляют рассмотрение и разрешение заявленных стороной защиты ходатайств на более поздние стадии судебного разбирательства, мотивируя это тем, что заявленное ходатайство является преждевременным или несвоевременным.

Считаем такой подход ошибочным и нарушающим принцип состязательности сторон.

В силу пункта 2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 05.03.2004 № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» решая вопрос о том, является ли доказательство по уголовному делу недопустимым суд должен в каждом случае выяснять в чем конкретно выразилось допущенное нарушение.

Согласно Определению Конституционного Суда РФ от 22.12.2015 № 2765-О «… определения суда, постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными, — не предполагают произвольного применения, равно как и необоснованного отказа суда в удовлетворении ходатайств (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2008 года N 459-О-О, от 24 марта 2015 года N 490-О, от 21 мая 2015 года N 1179-О и др.)…».

По смыслу Определения Конституционного Суда РФ от 25 января 2005 года № 42-О ходатайство подлежит рассмотрению судом непосредственно после его заявления с обязательностью фактического и правового обоснования принимаемых ими решений.

Таким образом, в соответствии с действующей судебной практикой, заявленное стороной защиты ходатайство о признании доказательства недопустимым по уголовному делу должно быть рассмотрено и разрешено непосредственно после его заявления.

Сам себе адвокат

защита прав в суде без адвоката

Признание доказательств недопустимыми

признание доказательств недопустимыми- Европейские стандарты

Признание доказательств недопустимыми -стандарты Европейского суда

Признание доказательств недопустимыми в правоприменительной плоскости используется исключительно в отношении доказательств, полученных в ходе предварительного расследования. Однако, процессуальный порядок исследования доказательств так же регламентирован нормами УПК РФ несоблюдение которого в соответствии с ч. 1 ст. 75 должно также влечь признание доказательства недопустимыми.

Таким образом, недопустимыми должны признаваться и доказательства, исследованные в судебном заседании с нарушением процессуальных норм.

В судебной практике нет ни одного случая признания недопустимым доказательства, исследованного с нарушением УПК в судебном заседании. Причины этого в следующем.

Во-первых, отсутствие правоприменительной практики по данному вопросу не позволяет формировать в этом направлении систему норм, определяющих условия, порядок, процессуальную форму и правовые последствия принятия соответствующими должностными лицами решения о недопустимости доказательств. Поскольку вышестоящие суды, включая ВС РФ закрывают глаза на нарушение процессуального закона судьями, последние считают возможным нарушать закон.

Во-вторых, практически полное отсутствие научных исследований и академической проработанности данного вопроса не позволяет юристам опираться на теоретические и научные утверждения ученых.

В-третьих, в силу всех вышеуказанных причин участники процесса практически не реагируют на допускаемые нарушения закона в судебном заседании, что в свою очередь не позволяет использовать в полной мере положения норм гл. 35, 37 УПК РФ. При этом непосредственное участие в процессе исследования доказательств выявляет множество нарушений указанных норм, которые остаются незамеченными.

Многие адвокаты регулярно реагируют на выявленные нарушения закона при исследовании доказательств, предостерегая о нарушении закона, заявляя ходатайства о признании доказательства, исследованного с нарушением закона, недопустимыми.

В судах чуть ли не повсеместно, сложилась практика, когда ходатайства об исключении доказательств заявленные защитой рассматриваются не непосредственно после заявления (если не поступил отказ в их удовлетворении), а в совещательной комнате в ходе постановления приговора суда, при этом без какой-либо мотивировки суда.

В этом случае судебная оценка доказательств дается в тексте приговора суда или об этой оценке можно лишь догадываться исходя из факта использования или неиспользования доказательств в приговоре.

Подобная судебная практика не способствует установлению истины по делу и справедливому судебному разбирательству противоречит п.3 ст.7 УПК РФ, ст.235 УПК РФ. Такое положение вещей признается Европейским судом нарушением прав человека, а именно ст. 6 Европейской конвенции — прав на справедливое судебное разбирательство независимым и беспристрастным судом.

Практика Европейского суда по данному вопросу свидетельствует: если национальные суды не указывают в судебном решении доказательства одной из сторон, которые имеют важное значение для принятия справедливого решения, и не предоставляют исчерпывающих обоснований отказа в принятии доказательств или признания их недопустимыми, такие действия квалифицируются как нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции.

Европейский суд неоднократно отмечал в своей судебной практике, что доказательства должны исследоваться в открытом судебном заседании, в присутствии обвиняемого (подсудимого), с соблюдением принципа состязательности сторон. (Например, Постановление от 22.07.2010 г. №21731 «Смощенко и Строков против РФ».

На практике я сам сталкивался с такой практикой, когда суд не рассматривал мое письменное ходатайство об исключении недопустимых доказательств, а разрешал его уже в тексте приговора. Однако, мои апелляционные и кассационные жалобы остались без удовлетворения.

Читайте так же:  Покупка квартиры с неузаконенной перепланировкой чем грозит

Хотя в полномочия Европейского суда не входит определение того, могут ли определенные виды доказательств (например, доказательство, полученное незаконным путем в рамках национального законодательства) быть допущены в качестве таковых, Суд выявляет, была ли эта «незаконность» результатом нарушения прав, защищаемых Конвенцией . Среди таких нарушений можно выделить следующие:

— лишение возможности знакомиться с материалами, представленными противной стороной, и обсуждать их ;

— отсутствие адекватной возможности допросить свидетелей, показания которых были оформлены в их отсутствие (доказательства должны быть представлены в присутствии обвиняемого в ходе публичных слушаний с целью обеспечения состязательного характера проведения процесса) ;

— нарушение права подсудимого давать конфиденциальные указания адвокату во время рассмотрения дела ;

— ненадлежащее рассмотрение основных доводов стороны (если такие доводы касаются прав и свобод, гарантированных Конвенцией и Протоколами к ней, суд должен подойти к этому с особой тщательностью и вниманием) ;

— лишение возможности оспорить подлинность доказательства и его использование ;

— использование доказательств, полученных против воли обвиняемого, при помощи принуждения или давления;

— нерассмотрение доказательств во время публичного слушания в присутствии обвиняемого с учетом его контраргументов;

— непредоставление возможности обвиняемому оспаривать показания и задавать вопросы свидетелям;

[1]

— обоснование обвинения исключительно или в большей степени на показаниях свидетелей, которые обвиняемый не может оспорить во время суда (Например, Постановление ЕС от 27 января 2011 г. N 4222/02 «Кривошапкин против РФ);

— непринятие «всех разумных мер», обеспечивающих явку свидетеля для непосредственного допроса судом первой инстанции ;

— отсутствие возможности у обвиняемого подготовиться надлежащим образом к слушанию из-за бесчеловечных и унижающих достоинство условий транспортировки и содержания в здании суда;

— отсутствие возможности обмена документами между адвокатами и обвиняемым, которые необходимы для осуществления защиты ;

— отказ в дополнительном допросе свидетеля, имеющего существенное значение для разрешения дела;

— выступление по телевидению следователя, производящего производство по делу, с заявлением о виновности обвиняемого до начала судебного разбирательства, что привело к предвзятой оценке фактов компетентными судебными органами;

— постановка обвинительного заключения на основе признания обвиняемого, не уведомленного о своем праве не свидетельствовать против себя;

— использование доказательств, полученных в результате полицейского подстрекательства к совершению преступления, поскольку с самого начала это влечет за собой риск окончательного лишения обвиняемого права на справедливое судебное разбирательство (когда обвиняемый утверждает, что его подстрекали к совершению преступления, суды по уголовным делам должны тщательно изучать материалы дела, поскольку для того, чтобы судебное разбирательство было справедливым, все доказательства, полученные в результате полицейского подстрекательства к совершению преступления, должны быть исключены из рассмотрения дела);

— использование доказательств, полученных при осуществлении полицейской провокации ;

— ограничение права пользоваться бесплатной помощью переводчика при исследовании доказательств, если обвиняемый не понимает языка, используемого в суде, или не говорит на этом языке ;

— ограничение права обвиняемого и защитника на ознакомление со всеми доказательствами или замечаниями, приобщенными к делу, комментировать их и др.

Указанные нарушения закона влекут не просто нарушения отдельных норм УПК РФ, Конвенции и других правовых документов. В таких случаях нарушается процесс исследования доказательства (нарушаются права участников исследования, установленная УПК РФ процедура производства судебных действий, обязанности суда в этом процессе), что, в свою очередь, влечет искажение сущностной стороны доказательства, где один из участников процесс или все они лишаются возможности полноценно исследовать представленное доказательство по их усмотрению с учетом ч. 2 ст. 274 УПК РФ.

Нарушение норм УПК РФ при исследовании доказательств должно влечь признание такого доказательства недопустимыми, поскольку:

во-первых, незамедлительно (ст. 121 УПК РФ); мотивированно, обоснованно (ч. 4 ст. 7 УПК РФ); «мотивы судьи должны быть тщательно сформулированы. Во-вторых, в соответствии с позицией Европейского суда, отраженной в определении «Гефген против Германии», суд может по своему усмотрению исключать доказательства, полученные ненадлежащим образом, подвергнуть оценке их и связанные с этим интересы в тщательно мотивированном приговоре.

Видео (кликните для воспроизведения).

Образец жалобы в Европейский Суд смотрите здесь

Ходатайство адвоката о признании доказательства недопустимым

Прокурору Омской области

в защиту интересов доверителя Л.
(ордер в материалах уголовного дела №. )

жалоба на постановление следователя
об отказе в признании доказательств недопустимыми
в порядке статьи 124 УПК РФ

. 2009г. следователем ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области капитаном юстиции . вынесено постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Л. по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 204 УК РФ .

.. марта 2009г. следователем ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области капитаном юстиции Ф. было вынесено два постановления о назначении фоноскопических судебных экспертиз, объектом которых являлись фонограммы, записанные на оптический диск DVD+R / №. и на оптический диск CD-R / №. /.

В заявлении от . 04.2009г. адресованном следователю ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области лейтенанту юстиции Б., а также прокурору Омской области, защитник Л. просил:

  1. фонограммы, записанные на оптический диск DVD+R / №. / и на оптический диск CD-R / №. /.
  2. Заключение эксперта № . . ЭКЦ УВД по Омской области;
  3. Заключение эксперта № . . ЭКЦ УВД по Омской области.

Постановлением следователя Б. от . апреля 2009г. в удовлетворении заявления отказано.

Следователь, не считая, что указанные доказательства являются недопустимыми, указывает на то, что

«аудио-, видеозаписи были осмотрены и прослушаны в полном объеме, о чем был составлен протокол осмотра и прослушивания аудио-, видеозаписи. При подписании указанного протокола подозреваемым Л. и защитником О. со стороны последних замечаний и заявлений не поступило..»

Вместе с тем УПК РФ оценку доказательств на предмет недопустимости не ставит в зависимость от того, воспользовался ли подозреваемый и его защитник правом указать в протоколе осмотра какие-либо замечания или заявления.

Довод следователя о том, что

«..признаков монтажа или изменений, привнесенных в процессе записи или после ее окончания на фонограмме, расположенной на дисках… в пределах разрешающей способности и чувствительности используемой аппаратуры, не обнаружено..»

не означает, что исключена подмена диска и не исключается тот факт, что эксперт исследовал не оригинал фонограммы, а подвергнутую изменениям копию. Указанные доводы приводились в ходатайстве о назначении повторной фоноскопической экспертизы , в частности:

«…Принципиальное отличие цифровой фонограммы от аналоговой заключается в возможности внесения в ее содержание таких изменений, которые проще скрыть при копировании, а значит, они могут быть не обнаружены при проведении экспертизы. Не случайно в большинстве случаев, решая данную задачу, эксперты делают вывод: «признаки монтажа и иных изменений фонограммы в пределах чувствительности аппаратуры — не обнаружены». Такой вывод говорит, что экспертам не удалось установить аутентичность фонограмм. Он вовсе не устраняет сомнение в подлинности и достоверности фонограмм, поскольку следы монтажа и иных изменений эксперты вполне могли не обнаружить по самым разным объективным или субъективным причинам: из-за недостаточной чувствительности приборов, низкой квалификации или неопытности, неполноты представленных на экспертизу материалов и др…» (Е. И. Галяшина «Цифровые фонограммы как доказательства», источник публикации: «Эксперт-криминалист», 2008, N 3)

В заявлении защитника приводились следующие доводы:

«. таким образом, следователем предоставлялся эксперту диск с номером: .
При вскрытии конверта эксперт обнаружил там диск с номером: .

Второй диск представленный следователем эксперту имел номер: .
При вскрытии конверта эксперт обнаружил диск с номером: . «

Следователь же полагает, что

«..мелкие и нечеткие буквенно-цифровые обозначения на компакт-диске… а также нахождение фрагментов обозначений букв… на краевом ребре установочного отверстия дали возможность интерпретировать данные обозначения следователем при вынесении постановления о назначении экспертизы…, однако, по мнению следствия данное обстоятельство не лишает возможности идентифицировать данные диски».

С данными доводами согласиться нельзя. Во-первых, индивидуализировать оптический диск можно только по его индивидуальному номеру. Индивидуальный номер представляет собой строгую последовательность определенного ряда как цифр, так и буквенных обозначений. Нарушение порядка цифр и букв, или их изменение не дает возможности для идентификации диска.

Читайте так же:  Заявление об уточнении исковых требований

Довод следователя о том, что им было допущено «ошибочное нажатие рядом расположенной на клавиатуре клавиши..» является, безусловно, проявлением находчивости, однако для целей оценки доказательства на предмет его допустимости, достоверности и относимости сей довод не имеет юридического значения, потому как причины по которым не представляется возможным признать тождественность между дисками, представляемыми следователем эксперту и дисками, которые фактически исследовались экспертами лежат за рамками обсуждаемого предмета и не способны «исцелить» недопустимые доказательства.

Не является состоятельным и довод следователя о том, что

«..процесс опечатывания и упаковывания не регламентирован действующим законодательством, следовательно, использование степлера при опечатывании и упаковывании не противоречит выводу о целостности упаковки».

Как ранее уже указывалось в ходатайстве, если «опечатывание» (в русском языке) понимается как «наложение печати», то «упаковывание» означает «складывание, укладывание вещи».. Для того, чтобы понять разницу значений этих слов, не обязательно регламентировать процесс в законодательстве, достаточно уяснить смысл и понять этимологию слов. Из приведенных значений слов в словарях, следует, что процесс опечатывания всегда следует за процессом упаковывания, обратное по определению не возможно. И достаточно очевиден вывод о том, что «упаковывание» и «опечатывание» обозначает разные процессы, слова не являются синонимами, опечатывание всегда означает «наложение печати». Из анализа норм УПК РФ также следует, что и законодатель данные понятие не отождествляет:

Часть 3 статьи 177 УПК РФ: «Если для производства такого осмотра требуется продолжительное время или осмотр на месте затруднен, то предметы должны быть изъяты, упакованы, опечатаны, заверены подписями следователя и понятых на месте осмотра».

Часть 10 статьи 182 УПК РФ: «изъятые предметы, документы и ценности предъявляются понятым и другим лицам, присутствующим при обыске, и в случае необходимости упаковываются и опечатываются на месте обыска, что удостоверяется подписями указанных лиц».

Часть 3 статьи 180 УПК РФ: «в протоколах также должно быть указано, в какое время, при какой погоде и каком освещении производились осмотр или освидетельствование, какие технические средства были применены и какие получены результаты, какие предметы изъяты и опечатаны и какой печатью, куда направлены после осмотра труп или предметы, имеющие значение для уголовного дела».

«..Компакт-диски поступили в следственный орган в опечатанном виде, что нашло свое отражение в протоколе осмотра и прослушивания аудио-, видеозаписи от . 02.2009г.»

Согласно статье 81 УПК РФ, «предметы, указанные в части первой настоящей статьи, осматриваются, признаются вещественными доказательствами и приобщаются к уголовному делу, о чем выносится соответствующее постановление».

Согласно части 8 статьи 186 УПК РФ, «Фонограмма в полном объеме приобщается к материалам уголовного дела на основании постановления следователя как вещественное доказательство и хранится в опечатанном виде в условиях, исключающих возможность прослушивания и тиражирования фонограммы посторонними лицами и обеспечивающих ее сохранность и техническую пригодность для повторного прослушивания, в том числе в судебном заседании».

Из указанных нормы следует, что исходя из императивного характера последовательности процедуры признания предметов вещественными доказательствами, предмет (фонограмма на диске) в присутствии понятных сначала следователем осматривается (и прослушивается), признается вещественным доказательством, после чего в опечатанном виде приобщается к материалам дела.

Однако, как следует из постановления следователя об отказе в удовлетворении ходатайства, протокол осмотра составлен . 02.2009г., тогда как диски не в опечатанном виде поступили эксперту для проведения экспертизы . 03.2009г. Откуда следует вывод о том, что следователь, в нарушение части 8 статьи 186 УПК РФ, приобщая фонограммы в качестве вещественных доказательств не опечатывал их, как того требует УПК РФ. Как уже указывалось в ходатайстве, можно предположить, что подмена дисков («упакованных» степлером бумажных пакетов) стала возможной в результате нарушения вышеуказанных норм: либо статьи 8 Закона «Об ОРД» (если все же неопечатанные диски были переданы следователю органом, проводящим ОРМ) либо статьи 186 УПК РФ – если нарушение закона допустил следователь.

Довод следователя о том, что содержащуюся на дисках информацию невозможно подвергнуть изменению также не уместен, потому как, учитывая тот факт, что тождественность дисков из-за несовпадения идентификационных номеров установить нельзя, то речь скорее идет не о внесении изменений в запись, о подмене диска с фонограмммой.

Читайте так же:  Сбербанк заявление анкета на получение жилищного кредита

1. Таким образом, в нарушение положений норм УПК РФ, на исследование эксперту были переданы фонограммы на дисках, которые не были опечатаны, соответственно, не исключается возможность подмены вещественных доказательств

2. Как результат, идентификационные номера обоих дисков, переданных экспертам не соответствуют номерам дисков, ставших объектами исследования экспертов.

На основании изложенного, прошу:

Постановление следователя ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области лейтенанта юстиции Б. от . апреля 2009г. о полном отказе в удовлетворении ходатайства (заявления) защитника о признании доказательств недопустимыми признать незаконным и отменить.

1. копия постановления следователя ОРОПД СЭ СЧ по РОПД при УВД по Омской области лейтенанта юстиции Б. от . апреля 2009г. о полном отказе в удовлетворении ходатайства (заявления) защитника о признании доказательств недопустимыми
2. копия ходатайства (заявления) защитника о признании доказательств недопустимыми

См. другие документы по данному уголовному делу :

Ходатайство об истребовании доказательств существенности причиненного преступлением вреда

Ходатайство о признании доказательств по уголовному делу недопустимыми

Ходатайство о признании доказательств по уголовному делу недопустимыми (ч. 4 ст. 228.1 УК РФ)

Следователю СО ОМВД России по району _____ г. Москвы

младшему лейтенанту юстиции Л

От адвоката МКА «Легис Групп»

125047, г. Москва, г.Москва, 4-й Лесной пер., д.4,

4 этаж, Бизнес центр Лесная Плаза, тел.: _________________

[2]

по уголовному делу № 266056, действующего в интересах Э, по обвинениюнию в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 30; п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации

[3]

ХОДАТАЙСТВО

о признании доказательств недопустимыми

В производстве СО ОМВД России по району ___________ города Москвы, находится уголовное дело №266056, возбужденное по признакам состава преступления предусмотренного ч. 1 ст. 30; п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

В соответствии с п.4 ст.217 УПК РФ, по окончании ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела следователь выясняет, какие у них имеются ходатайства или иные заявления.

Я и мой подзащитный ознакомлены с материалами уголовного дела, мною изучены и проанализированы материалы уголовного дела, в которых имеются нарушения уголовно-процессуального закона, как я считаю, доказательства, имеющиеся в материалах уголовного дела являются недопустимыми и соответственно прихожу к следующему выводу.

Протокол личного досмотра и изъятия составлен 31.12.2013 г. в период времени с 18 час. 25 мин. по 18 час. 40 мин., протокол задержания подозреваемого был составлен 01.01.2013 г. в 15 час. 00 мин., второй протокол личного досмотра и изъятия составлен в период времени с 18 час.40 мин. по 18 час. 55 мин., спустя почти сутки, что является нарушением действующего законодательства Российской Федерации, также возникает вопрос, почему было составлено два протокола, когда ничто не мешало составить один протокол и указать в данном протоколе все изъятое у Э.

Мой подзащитный с 18 час. 25 мин. 31.12.2013 г., был фактически лишен возможности свободно передвигаться, следовательно, с момента задержания были ограничены его права и свободы как человека и гражданина Российской Федерации, мало того как говорит мне Э. на него оказывалось психологическое давление оперативными сотрудниками в течение вышеуказанного времени, также у Э. был изъят рюкзак в момент задержания, лишь после того как его доставили в отдел полиции ему вернули рюкзак.

В соответствии со ст.21 Конституции Российской Федерации, никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

В ст.9 УПК РФ указано, что никто из участников уголовного судопроизводства не может подвергаться насилию, пыткам, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ «О полиции», сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Сотрудник полиции обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание.

Вместе с тем, срок задержания отсчитывается с момента фактического задержания, а не с момента доставления в орган или составления протокола, 48 часовой срок задержания, согласно статье 128 УПК РФ, исчисляется в часах, т. е. закон допускает округление без учета минут.

Следователь в своем постановлении о полном отказе в удовлетворении ходатайства от 20.03.2014 г. указывает: …«Э. в период времени с 08 часов 00 минут до 12 часов 00 минут оказывал содействие оперативным сотрудников в изобличение лиц, занимающихся сбытом наркотических средств»…, доводы защиты подтверждаются, что Э был фактически задержан, и оказание содействие следствию, является по сути ограничением свободы человека.

В соответствии со ст.92 УПК РФ после доставления подозреваемого в орган дознания или к следователю в срок не более 3 часов должен быть составлен протокол задержания, в котором делается отметка о том, что подозреваемому разъяснены права, предусмотренные статьей 46 настоящего Кодекса, то есть данные протоколы составлены в разрез ст. 91-92 УПК РФ.

С момента доставления моего подзащитного в ОВД по району ________г.Москвы, ему не был предоставлен защитник, также в материалах уголовного дела, не указано в какое время мой подзащитный был доставлен к следователю СО ОМВД России по району ________ г.Москвы У.

В соответствии со ст.48 Конституции Российской Федерации, где указано следующее, каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

В соответствии с п.1 ст.16 УПК РФ, подозреваемому и обвиняемому, обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя.

Также хочется отметить, что моему подзащитному не была предоставлена возможность с момента фактического задержания, уведомить родственников о своем задержании.

В соответствии со ст.96 УПК РФ дознаватель, следователь не позднее 12 часов с момента задержания подозреваемого уведомляет кого-либо из близких родственников, а при их отсутствии — других родственников или предоставляет возможность такого уведомления самому подозреваемому.

10.01.2014 года, следователь СО ОМВД России по району ___________ г.Москвы лейтенант юстиции У., вынес постановление о назначении судебной химической экспертизы, лишь 21.02.2013 года, защитники были ознакомлены с постановлением о назначении судебной химической экспертизы.

Читайте так же:  Больничный по совместительству

Следователь в нарушение требований ч. 3 ст. 195 УПК РФ, не ознакомил защитников с постановлением о назначении судебной химической экспертизы, так как у защитников имелось ходатайство о внесении в постановление, о назначении экспертизы дополнительных вопросов эксперту, нарушив тем самым право моего подзащитного и защитников при назначении и производстве судебной экспертизы, лишив возможности реализации прав, предусмотренных ст. 198 УПК РФ. В соответствии с ч. 1 ст. 198 УПК РФ, при производстве судебной экспертизы обвиняемый и его защитники, имеют целый ряд прав, которые могут быть реализованы только на этапе назначения экспертизы, т. е. до начала ее проведения.

Невыполнение следователем обязанности по ознакомлению стороны защиты с постановлением о назначении судебной экспертизы является прямым и грубым нарушением не только УПК РФ, но и Конституции Российской Федерации, т. е. нарушением принципа законности уголовного судопроизводства.

Непредставление следователем стороне защиты возможности ознакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы является нарушением конституционного принципа состязательности и равноправия сторон, лишением обвиняемого права на справедливое судебное разбирательство.

В своем постановлении о полном отказе в удовлетворении ходатайства от 20.03.2014 г. следователь указывает: … «Защитнику К и обвиняемому Э. было известно о том, что назначена и проводится судебная химическая экспертиза, так как данная информация была указана в постановлении о продлении срока предварительного следствия, а также в ходатайстве о продлении срока содержания обвиняемого Э. под домашним арестом, с которыми они были ознакомлены в Замоскворецком районном суде города Москвы»…, защита не согласна с данными доводами следствия, так как уголовно-процессуальным законом предусмотрена норма (производство судебной экспертизы), в которой указана, что следователь знакомит с постановлением о назначении судебной экспертизы подозреваемого, обвиняемого, его защитника и составляется протокол, подписываемый следователем и лицами, которые ознакомлены с постановлением.

Вместе с тем, хочу еще раз обратить внимание на протокол личного осмотра и изъятия от 31.12.2013 г. составленного в период времени с 18 час. 25 мин. по 18 час. 40 мин., в данном протоколе указано, следующее: …«при личном досмотре, у досматриваемого Э. обнаружено и изъято два куска коричневого цвета предположительно растительного происхождения, которые были обвернуты в фальгу»…, а в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого от 21.02.2013 г., указано: … «а также приобретенное наркотическое средство – гашиш, распределил на семь кусков»…, хочу обратить внимание, что данные процессуальные документы не могут лечь в основу обвинения, так как являются недопустимыми доказательствами полученные с нарушением.

В соответствии с п.3 ст.7 УПК РФ, нарушение норм настоящего Кодекса судом, прокурором, следователем, органом дознания или дознавателем в ходе уголовного судопроизводства влечет за собой признание недопустимыми полученных таким путем доказательств.

Статья 88 УПК РФ гласит о том, что прокурор, следователь, дознаватель вправе признать доказательство недопустимым по ходатайству подозреваемого, обвиняемого или по собственной инициативе. Доказательство, признанное недопустимым, не подлежит включению в обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление.

Вместе с тем, в соответствии со ст.75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст. 53, 119, 120 УПК РФ,

ПРОШУ:

  1. Признать доказательства недопустимыми и исключить из перечня доказательств:

— протоколы личного досмотра и изъятия от 31.12.2013 г. составленные в период времени с 18 час. 40 мин. по 18 час. 55 мин., и с 18 час. 25 мин. и 18 час. 40 мин.;

— протокол задержания от 01.01.2014 г. составленный в 15 час.00 мин.;

— постановление о привлечении в качестве обвиняемого от 21.02.2013 г.;

— постановление о назначении судебно химической экспертизы от 10.01.2014 г.;

— заключение эксперта № 17 от 17.02.2014 г.

  1. О принятом решении уведомить Э. и его защитников.

Адвокат МКА «Легис Групп»

___________ ________________ «___»____________ 2014 года.

  • Судебная практика
  • Статьи
  • Персональные
  • Кулуары
  • Форум Юристов
  • Клуб Адвокатов
  • Новости проекта
  • Песочница
  • Все разделы
  • Все категории

«Звонок» звонит на два года раньше, или сила одного аргумента.

Видео (кликните для воспроизведения).

Это произошло в конце октября прошлого года. Я сидел в своем кабинете, что-то писал. Дверь была открыта, и я услышал, как кто-то вошел в офис и о чем-то разговаривает с нашим офис-менеджером. Суть разговора была не понятна, но неожиданно ясно прозвучала фамилия – Костенко. Я бросил работу и вышел из.

Источники


  1. Изварина, А. Ф. Судебная система России. Концептуальные основы организации, развития и совершенствования / А.Ф. Изварина. — М.: Проспект, 2014. — 304 c.

  2. Десницкий, С. Е. Слово о прямом и ближайшем способе к научению юриспруденции. Юридическое рассуждение о вещах священных, святых и принятых в благочестие, с показанием прав, какими оные у разных народов защищаются… и др. / С.Е. Десницкий. — Москва: Гостехиздат, 2016. — 193 c.

  3. Комаров, С. А. Теория государства и права / С.А. Комаров, А.В. Малько. — М.: Норма, 2004. — 442 c.
Ходатайство адвоката о признании доказательства недопустимым
Оценка 3 проголосовавших: 1

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here